Да, отсюда никто не уйдёт обиженным.
Пролистываю альбом быстрее. В конце концов, поглядеть на обнажённых красоток, что в движении, что нет, можно и менее дорогостоящими методами, чем сидя в глубине.
Негритянка в набедренной повязке, эскимоска в мехах, кореянка на циновке, полинезийка с кольцом в носу. Виртуальности чужд расизм.
Листаю ещё быстрее. Страница, другая, третья…
Вика.
Я замираю, глядя на девушку, которая улыбается мне каждое утро.
----
Идеал надо любить на расстоянии.
----
Плохая примета – спать в глубине.
– Мы поищем её завтра, – говорю я. Вика иронически смотрит на меня. Спрашивает:
– Ты что, племянник миллионера?
Пожимаю плечами.
– Я хочу снова тебя увидеть. Просто увидеть.
Она колеблется, прежде чем спросить:
– Скажи… я не привлекаю тебя?
– Сексуально?
Вика кивает.
– Привлекаешь.
– Тогда… почему?
– Это не должно быть так легко, – я тоже не сразу нахожу силы закончить: – И не должно быть товаром.
– Лёня, ты сходишь с ума.
– Возможно.
– Ты же не знаешь, кто я. Это, – она вскидывает руки к лицу, – маска. Грим. Я могу быть кем угодно.
Молчу. Ты права, права. Я не спорю.
– Я ведь могу быть старухой на самом деле, – беспощадно говорит Вика. – Уродиной. Мужиком-извращенцем. Понимаешь?
Понимаю.
Про мужика, правда, сомнительно…
– Не глупи, Лёня. Не влюбляйся в мираж.
– Я просто хочу снова тебя увидеть.
В мире нет иной правды, кроме той, в которую нам хочется верить.
Истина - маскировочная одежда цинизма. Идти вперед, страдать за истину и изобличать ложь. И все это по простой ричине - из за неумения любить людей.